Архив для категории Экспедиции

Первый выставочно-образовательный визит в регион работы проекта завершился! 27 января десант команды проекта открыл выставку “Климат и люди” в Тарногском музее традиционной народной культуры (группа музея вконтакте). Некоторые части выставки очень удачно вписались в постоянную экспозицию музея: например, сельскохозяйственная тема распространяется от традиционного прошлого в экспозиции музея до эффективных инноваций настоящего, демонстрируемых в выставке. В целом, в новых […]

Первый выставочно-образовательный визит в регион работы проекта завершился!

27 января десант команды проекта открыл выставку “Климат и люди” в Тарногском музее традиционной народной культуры (группа музея вконтакте).

Некоторые части выставки очень удачно вписались в постоянную экспозицию музея: например, сельскохозяйственная тема распространяется от традиционного прошлого в экспозиции музея до эффективных инноваций настоящего, демонстрируемых в выставке.

В целом, в новых условиях выставка приобретает более практичное и человечное лицо, говоря о вопросах насущных и не теряя научной подоплеки.

Спасибо большое всем посетившим выставку, и особенно спасибо — сотрудникам музея, тепло принявшим путешественников из разных мест и выставку у себя.

Читать дальше
Очередная экспедиция по проекту “Климат – Образование – Молодежь” прошла с 5 по 11 сентября. В этот раз сбор информации и исследование проводились на Онежском полуострове в деревне Лопшеньга. Лопшеньга – деревня Приморского района Архангельской области. Расположена она на Летнем берегу Онежского полуострова у Белого моря. Это поморская деревня. Дома стоят в нескольких метрах от […]

Очередная экспедиция по проекту “Климат – Образование – Молодежь” прошла с 5 по 11 сентября. В этот раз сбор информации и исследование проводились на Онежском полуострове в деревне Лопшеньга.

Лопшеньга – деревня Приморского района Архангельской области. Расположена она на Летнем берегу Онежского полуострова у Белого моря. Это поморская деревня. Дома стоят в нескольких метрах от моря, позади деревню прикрывают холмы.

Население деревни около 140 человек. Есть ФАП, детский сад, школа и интернат (кроме местных детей в Лопшеньгской школе учатся еще двое ребят из Яреньги, соседней деревни), рыболовецкий колхоз “Заря” (правда, в него больше не принимают новых людей), почтовое отделение, Дом культуры, есть своя электростанция, аэропорт, два магазина.

В 2013 году на Онежском полуострове был создан Национальный парк Онежское Поморье. С 2016 года, когда он стал частью Кенозерского Национального Парка, в Лопшеньге наметился новый вектор развития – туризм, несколько местных жителей стали сотрудниками Парка.

Несколько лет назад в деревне ещё была колхозная ферма, на которой держали чуть меньше ста голов коров. Сегодня на всю Лопшеньгу – одна корова (частная), шесть овец и три козы. Скота нет, поля не скашиваются и зарастают быстрыми темпами – лиственными породами.

В деревню трудно добраться. Самолет АН-2 летает 2 раза в неделю и стоит дорого. Другого регулярного сообщения нет. Летом люди едут на перекладных – машина, лодка через Унскую губу Белого моря, снова машина по песчаной дороге и морскому побережью. Зимой после машины – пересаживаются на снегоход и вынуждены пересекать губу по льду. В этом смысле люди очень зависимы от погоды – ветров и морозов.

Поморы не представляют своей жизни без моря. Испокон веков кормит их в первую очередь, конечно, море, и только потом уже лес и огород. Старожилы, с которыми участники экспедиции разговаривали, рассказали, что по сравнению с прежними годами рыбы стало значительно меньше ловится, сдвинулись сроки захода рыбы (почти на месяц), а некоторые виды и вообще перестали заходить. Впрочем появляются и нетипичные для этой местности морские виды: несколько раз в сети попадали акулы, в прошлом году на берег выкинуло краснокнижного кита бутылконоса, а один из респондентов даже рассказал, что видел стаю дельфинов. Интересный факт: нерп, на которых в прежние годы поморы вели охоту, стало значительно больше, рыбаки жалуются, что зверьки стали даже воровать рыбу из сетей.

В лесу тоже все меняется. В этом году урожайность грибов и ягод небольшая. Впрочем, как утверждают местные жители, в этом плане “год на год не приходится” и все зависит от погоды. Например, в этом году у многих ягод завязались соцветия, но сильные ветра и ливни, бушевавшие над деревней целый месяц, побили эти соцветия. Многие из респондентов считают, что снижающаяся урожайность “лесных даров” связана (как и заболачивание) с крупномасштабными промышленными сплошными вырубками на полуострове. В целом грибов и ягод в лесу в последние годы стало меньше. Это негативно сказывается как на людях, для которых грибы и ягоды – существенная часть привычного рациона, так и на животных, птицах для которых ягоды и грибы важны для питания.

Огороды есть у каждого дома. Участники экспедиции обратили внимание, что картофельная ботва у многих домов – почерневшая. Выяснилось, что это из-за сильных морских ветров. Кроме картофеля выращивают поморы свеклу, морковь, лук, зелень, огурцы и помидоры в теплице. Из ягод – смородину, крыжовник, иргу. В последние годы стали сажать вишни. Есть в деревне и экспериментаторы, выращивающие арбузы и внедряющие посадку картофеля под сено. Это результат улучшения микроклиматических условий, которые достигаются разными огородными “хитростями”, и возможно, “смягчения” зим.

Если говорить о влиянии изменений климата в целом, то все отмечают, что зимы стали значительно мягче. И для жителей Лопшеньги есть серьезные последствия этого: во-первых, основная дорога, которой издавна пользовались поморы, пролегает через Унскую губу Белого моря. Зимой Унская губа замерзала, вставал хороший лед, такой крепкий, что спокойно проезжала тяжелая спецтехника. Сегодня лед ненадежный, тонкий, местные жители даже на буранах проезжают через губу на свой страх и риск.

Но самое первое (и очень тревожащее местных жителей) климатическое последствие, с которым столкнулись участники экспедиции – это нашествие медведей в деревню. Медведи и раньше питались рядом с деревней (в основном, отходами от рыболовного промысла колхоза), но в деревню, как к себе домой – не заходили. Сейчас свежие следы их пребывания в деревне можно наблюдать каждое утро, а ночью местные даже не выходят на улицу, чтобы не столкнуться с “косолапыми гостями”. На вопрос: “С чем это связано?” почти единогласно местные отвечают: вырубки места их обитания и отсутствие кормовой базы в лесу, а также внимание медведей привлекает лежащий на берегу кит (о котором речь шла выше).

Это пока только часть обнаруженных изменений, данные еще будут обрабатываться.

Перед отъездом участники экспедиции провели в Доме культуры Лопшеньги игру-проектирование “Что ждет мою деревню. Взгляд в будущее”. Первым делом, вместе с участниками встречи разобрали плюсы и минусы, которые они видят в своей деревне. Затем, разделившись на команды, рисовали Лопшеньгу будущего, а из получившегося образа выходили на проекты. В основном, участников встречи увлекли проекты по улучшению инфраструктуры деревни и развитию туризма (с активным участием местного сообщества). Именно развитие туризма как адаптационную стратегию видят люди в условиях нестабильности климата, снижения экономической роли рыболовецкого колхоза, уменьшения привычных природных ресурсов (рыба, грибы, ягоды).

Читать дальше
С 7 по 24 августа состоялась экспедиция проекта «Климат – Образование – Молодёжь» на Кольский полуостров. Вторая часть поездки проходила на Терском берегу Белого моря в посёлках Умба, Варзуга, Кузомень и Кашкаранцы. Как и в расположенном в глубине полуострова селе Ловозеро – центре оленеводчества, местные жители дружно отмечают заметное смещение сроков сезонных переходов. Зима, по […]

С 7 по 24 августа состоялась экспедиция проекта «Климат – Образование – Молодёжь» на Кольский полуостров. Вторая часть поездки проходила на Терском берегу Белого моря в посёлках Умба, Варзуга, Кузомень и Кашкаранцы.

Как и в расположенном в глубине полуострова селе Ловозеро – центре оленеводчества, местные жители дружно отмечают заметное смещение сроков сезонных переходов. Зима, по наблюдениям старожилов, сократилась и стала намного мягче. Это подтвердили и сотрудники местных метеорологических станций. По их словам, в последние полтора десятка лет приход зимы стал сильно запаздывать: это заметно по одним только срокам начала работ по снегосъёмке и ледовому наблюдению, не говоря уже о том, что ощутимо изменились характер и количество снежно-ледового покрова. Удлинились периоды межсезонья. Лето, однако, за последние годы в целом стало как будто прохладнее. А главное, погода начала терять стабильность: меняется роза ветров, чаще случаются грозы и шторма на море, усилились перепады температур во время оттепелей и заморозков.

В поморских деревнях, где побывали участники экспедиции, уже не одну сотню лет занимаются рыбной ловлей – здесь это основной вид промысла и главная причина вспышек туристического ажиотажа. Поэтому нам хотелось узнать, отражаются ли каким-то образом изменения климата на рыбе. В реках Кольского полуострова водится сёмга – ценнейший промысловый вид. Рыба эта довольно прихотлива, и нереститься она заплывает только на малую родину – в ту реку, где она сама 6 лет назад вылупилась из икринки. Огромный процент мальков (по меньшей мере, 4/5) до моря так и не доживает, в основном из-за хищников. Но и от погоды зависит многое.

Нерест сёмги сместился вслед за сезонным сдвигом. Весной он может запоздать примерно на неделю и почти не заметен. Но осенью изменения ощутимы: раньше рыба активно шла в середине октября, сейчас же она проходит позже, причём год от года сроки, бывает, сильно варьируются. Это сказывается на бюджете крупных и мелких рыболовецких хозяйств: им не всегда удаётся выбрать (выловить) приобретённую квоту на добычу рыбы, и предприятия терпят значительные убытки. Особенно тяжело приходится частникам, у которых намного меньше возможностей, в том числе финансовых, справляться с последствиями непредвиденных рисков. Кроме того, сроки, в которые разрешён вылов, спускаются сверху. Они могут быть сформированы с учётом устаревших ихтиологических данных, и рыбаки порой уже просто не имеют права ловить рыбу тогда, когда она действительно появилась.

Вдобавок меняющаяся роза ветров сгоняет рыбные косяки с привычных мест, и всё труднее становится определить их местонахождение. Время от времени ветры также сбивают идущую на нерест рыбу с толку, создавая иной рисунок стока речной воды в море и мешая сёмге «учуять» родную реку. Из-за этого она может медлить, прежде чем зайти в реку на нерест, или даже путать соседние водоёмы, после пробиваясь через толпу сородичей обратно к морскому перекрёстку, чтобы выплыть на нужную дорогу.

В целом, поскольку лето жарче не становится, рыба (что, кстати, значит «сёмга» – остальные виды перечисляют просто по названиям) чувствует себя довольно неплохо, потому что любит холод. Но некоторые изменения всё-таки есть. Например, на неё влияет температура окружающей среды: резкие колебания значений весной очень плохо сказываются на развитии икринок и мальков, при внезапных заморозках у рыбы может пропасть аппетит. В этом году из-за холодного лета мальки на рыбозаводе в Умбе, восстанавливающем поголовье сёмги в реке, едва выросли и весят почти в два раза меньше нормы, поскольку низкая температура воздуха и, как следствие, воды, замедляет обменные процессы у холоднокровных (пойкилотермных) животных.

Сроки сохранения ледового покрова также косвенным образом влияют на выживаемость и численность рыбы: весной лёд защищает мальков (их ещё называют «пестрята») в реке от воздушных налётов чаек, а осенью на рыбу влияет ещё не установившийся лёд, а шуга. Кашица из крошечных ледяных игл образуется в воде в результате наползания друг на друга из-за сильного ветра и разрушения первых тонких пластинок льда. При затяжной осени с долгим из-за колебаний температуры ледоставом шуги образуется больше, чем обычно. Рыбе забивает жабры, и она погибает от удушья.

Наконец, для сёмги важен достаточный уровень воды в реке – в частности, потому что гнёзда рыбы представляют собой бугры из гальки, которой самки укрывают отложенную икру. Если уровень воды в реке окажется ниже нормы, то икру может раздавить льдом, либо она может высохнуть. Пока, правда, уровень рек на Терском побережье, скорее, слегка повышается: в Умбе уже говорят о затоплении расположенных у воды приусадебных участков в последние три года.

Впрочем, основной урон сёмге наносят не погодные изменения, а сами люди – прежде всего, несанкционированной ловлей и загрязнением речных акваторий. Изменения климата заметны, но влияют они, скорее, на смещение сроков хозяйствования.

Читать дальше
По легенде, саамы произошли от оленя Мяндаша и человеческой женщины. В России живёт меньше двух тысяч представителей этого коренного малочисленного народа Севера, и половина из них – уроженцы села Ловозеро. Оттуда и началась очередная экспедиция по проекту «Климат – образование – молодёжь», прошедшая с 8 по 14 августа. Основным традиционным занятием саамов было и остаётся […]

По легенде, саамы произошли от оленя Мяндаша и человеческой женщины. В России живёт меньше двух тысяч представителей этого коренного малочисленного народа Севера, и половина из них – уроженцы села Ловозеро.

Оттуда и началась очередная экспедиция по проекту «Климат – образование – молодёжь», прошедшая с 8 по 14 августа. Основным традиционным занятием саамов было и остаётся оленеводство. А именно в Ловозерском районе находится два оленеводческих СХПК (сельскохозяйственных производственных кооператива) – прямых административно-правовых преемника “совхозов”, как их по привычке называют местные жители.

Все отмечают, что в последние несколько лет климат на Кольском полуострове ощутимо меняется. Зимы становятся короче и теплее за счёт удлинения межсезонных периодов. В июне стали случаться снегопады. Участились шквалистые ветры: в последние два года с морошки срывает цвет, и её почти нет, хотя, например, 2017 год был урожайным на ягоды. Выросло количество пожаров, возникающих вследствие усиления грозовой активности. Из-за подсыхания болот уменьшилось количество комаров и начали нарушаться пищевые цепи.

Оленеводство связано с природно-климатическими циклами на порядок сильнее, чем другие виды животноводства, и всё большая погодная нестабильность сильно на нём отражается. Внезапные летние снегопады приводят к гибели новорождённых оленят. Медведям перестало хватать пищи, в частности тех самых ягод, и они стали чаще питаться на свалках, выходить к людям и задирать оленей на выпасе. Увеличилось количество сухих гроз, и они вызывают пожары не только в лесу, но и на возвышенностях в тундре: из-за этого выгорают ягельники. Огонь останавливается в местах, где уровень влажности является естественно высоким, то есть у болот – а их площадь и количество, хотя и не сильно, но сокращаются. В это лето (уже не впервые) на Кольском полуострове выросло очень мало грибов, а ведь они составляют существенную часть оленьего рациона. Кроме того, уменьшение общего уровня влажности почвы приводит к тому, что тундра начинает понемногу зарастать небольшими берёзами и ивняком. Изменения растительного видового состава, в свою очередь, не только сокращают кормовую базу оленей, отчасти уменьшая количество привычной флоры, но и меняют рельеф территории, затрудняя выпас.

Но больше всего работу оленеводам осложняет увеличение продолжительности периодов межсезонья. Весной сместились сроки таяния снега. Он начинает сходить уже в апреле, и проталины появляются чуть ли не на месяц раньше обычного. С одной стороны, это экономит силы ослабших после зимы и долгой полярной ночи оленей, поскольку им уже не требуется разрывать снег, чтобы достать себе пищу. Но они начинают перебегать от одного кусочка земли к другому, вдобавок оленеводы уже не могут проехать по разорванному снежному покрову на снегоходе, и выпасать разбегающихся животных становится труднее.

Но самые важные изменения коснулись осенне-зимнего периода. С установлением плотного ледяного покрова на водоёмах оленьи стада перегоняют на просчёт в корали, а оттуда группы кастрированных по весне самцов, так называемые «торговые мясные куски», отправляют на забойные пункты. Раньше это происходило приблизительно в середине ноября. Теперь сроки ледостава, а с ними и горячая пора у оленеводов сдвинулись по меньшей мере на месяц.

Особенно это заметно в посёлке Краснощелье, куда не добраться иначе как на вертолёте летом и в межсезонье или на снегоходе зимой. В отдалённом посёлке находится управление одного из вышеупомянутых СХПК, недалеко расположен и забойный пункт. В Краснощелье, окружённом болотистой тундрой, сдвиг забойного периода особенно заметен: если в Ловозеро он начинается в середине декабря, то здесь он проходит уже после Нового года. Сложнее всего обстоят дела с транспортом: тонны свежего мяса можно перевезти на хранение и переработку только по льду и снегу на тракторах, и производство напрямую зависит от сроков ледостава и качества льда.

Климатические сдвиги влияют и на самих животных. Олени находятся на пике формы в ноябре, а позже они начинают терять в весе, что, в конечном счёте, приводит к ухудшению качества мяса. Смена оттепелей и заморозков не даёт установиться постоянному снежному покрову, и растаявшие осадки попадают в водоёмы: оленям приходится пить грязную воду, из-за чего у них слабеет иммунитет, и они чаще заболевают. Наконец, у оленеводов, припозднившихся на коральных работах, остаётся крайне мало времени на то, чтобы выехать в тундру и отремонтировать загородки, стоящие на маршрутах выпаса оленей и помогающие направлять стада к морю, в зону летних пастбищ.

По словам оленеводов, справляться с переменчивой и плохо предсказуемой погодой довольно трудно. Тем не менее, люди приспосабливаются к сезонным изменениям – пока преимущественно за счёт сдвига сроков плановых работ вслед за изменениями погодно-климатических условий.

Читать дальше
Тарнога сегодня живёт в первую очередь за счёт деревообрабатывающей промышленности. Увезённые на тягачах вековые стволы привозят на своих колёсах средства в бюджет местной администрации и частных предпринимателей. Всё более влиятельным в районе становится устьянский «УЛК», деревообрабатывающий монополист в соседнем районе Архангельской области. Постепенно он вытесняет более мелкие предприятия «местного разлива», коих здесь весьма большое количество […]

Очередная экспедиция проекта «Климат. Образование. Молодёжь» проходила в середине июня в Тарногском районе Вологодской области, одной из северо-восточных её оконечностей. Будучи на протяжении столетий выключенной из транспортной сети, территория старинной Кокшеньги до сих пор держится несколько на особицу. На юге её чуть «цепляет» федеральная трасса на Великий Устюг, ближайшая железнодорожная станция находится только в восседающем на севере Устьянском районе Архангельской губернии. На восток и запад – редеющие ныне леса, пронизанные и разреженные в 1920-х сетью лесных посёлков, сегодня также приходящих постепенно в упадок.

Тарнога сегодня живёт в первую очередь за счёт деревообрабатывающей промышленности. Увезённые на тягачах вековые стволы привозят на своих колёсах средства в бюджет местной администрации и частных предпринимателей. Всё более влиятельным в районе становится устьянский «УЛК», деревообрабатывающий монополист в соседнем районе Архангельской области. Постепенно он вытесняет более мелкие предприятия «местного разлива», коих здесь весьма большое количество (район первый в области по числу индивидуальных предпринимателей).

Другая хозяйственная грань Тарноги – сельское производство. Интересно, что по рассказам местных жителей колхозы так и не подпали под совхозное укрупнение, что обеспечило жизнеспособность многих из них уже в постперестроечные годы. Успешные случаи не только теплятся на грани поддержания жизни, но и расширяют посевы и производство (как в Верхнем Спасе). Тем не менее, многие поля, принадлежавшие тем, кто не смог вывернут из рыночного пике 90-х, пустуют и зарастают густо сеющимся здесь люпином. Фиолетовые его россыпи расцвечивают ложбинки, окаймляют деревни и дороги.

Значительно распространено личное подсобное хозяйство. «Не можем избавиться от привычки – 30 банок всегда заготавливаем впрок», говорили нам информанты. Возделывание своего огорода – ценность само по себе.

Третьей значимой хозяйственной гранью Тарноги является пчеловодство. С середины 2000-х район официально получил статус «столица мёда Вологодской области». Очень у многих рядовых жителей имеется по 1-2 улья.

Несмотря на кажущуюся широту возможностей район подвержен депопуляции. Как говорили нам собеседники, уезжать не хочется, но приходится. Чувствуется любовь к родному краю, нет усталого и безысходного «надо отсюда валить».

Крайне негативное влияние на окружающую среду оказывает выведение лесов промышленниками. В целом по области нарастает преобладание лиственных пород

взамен вырубленных хвойных, что влияет в свою очередь и на климат в целом. Мелеют реки, усиливаются ветра, исчезает боровая дичь.

Для иллюстрации температурных перемен приведу следующую цепочку. Летом в последние годы (примерно 5 лет) стало выпадать мало небольших дождей. Каждый приход ненастья сопровождается ветрами, грозами, катастрофическими явлениями. При количестве выпадающего зимой снега, основная часть осадков всё равно переносится на лето, усиливая указанную выше тенденцию. Всё это увеличивает период сушки пшеницы, что несовместимо с высаживаемыми повсеместно сортами. Меньшее количество снега зимой негативно сказывается и на полноводности рек. Местные жители жалуются на заморозки, на сдвиг зимнего сезона на более поздние даты, поздний ледостав и отсутствие ледохода. Также, наблюдается промерзание до дна зимой и зарастание мелких рек.

Туристический потенциал Тарногского района также связан с природными объектами. Определённое внимание притягивает к себе местный бренд – «столица мёда». Очень хорошо раскручена тема сакрального ландшафта. В этом смысле преобладающим является текст «мест силы». Камни, источники и, в особенности, реликтовые сосны (как одиночные, подобно «сосне-красаве» под Веригино, так и рощи, как «Смольё») тиражируются как главные местные достопримечательности. В то же время привлекается внимание и к христианским святыням, самым известным из которых здесь является родник св. Агапита Маркушевского.

Интересны адаптивные модели, разрабатываемые местным населением. Руководительница «ДамСовета» при тарногской библиотеке показывала нам у себя на огороде ступенчатые грядки под клубнику, теплицу в виде пирамиды и другие нововведения. В деревне Ваймуш-Подгорная мы видели образец небольшого глиняного очага. Поставленные в разных местах на границах участка таковые призваны оградить огород от заморозков.

В школе д. Верхний Спас по предварительной договорённости будет осуществлён проект по созданию экспериментальных пермакультурных грядок на средства гранта.

Тарнога, древняя Кокшеньга – земля выдумщиков и искателей. Территория, где прорастают новые идеи, стволами реликтовых сосен выбивается из-под земли и живёт в настоящем память о предыдущих поколениях, через них – любовь к своей земле. Хочется верить, что повышение осведомлённости по вопросу изменения климата приведёт и к практическим шагам местных жителей и местных властей. Территории столь богатой природными ресурсами и природными памятниками поможет обрестии новый «экологичный» путь, способный стать решением в том числе и социальных, экономических проблем.

Читать дальше
Экспедиция состояла из двух частей. Одна часть – исследование деревни по теме изменения климата. Жители Сояны ведут традиционный, близкий к природе, образ жизни: живут охотой и рыбалкой, выращивают овощи (в том числе, в силу далекого расположения от областного центра). Участники экспедиции беседовали с местными жителями, фиксировали их наблюдения. Выводы делать рано, собранные материалы в процессе […]

До Сояны – деревни в Мезенском районе Архангельской области – добраться довольно сложно. Но это не остановило участников Соянской экспедиции. Они – ученые, сотрудники проекта “Климат. Молодёжь. Образование”, экологи, студенты САФУ и ЭкоПотока – добирались до деревни и Соянского заказника на байдарках!

Экспедиция состояла из двух частей. Одна часть – исследование деревни по теме изменения климата. Жители Сояны ведут традиционный, близкий к природе, образ жизни: живут охотой и рыбалкой, выращивают овощи (в том числе, в силу далекого расположения от областного центра). Участники экспедиции беседовали с местными жителями, фиксировали их наблюдения.

Выводы делать рано, собранные материалы в процессе обработки. Но на данный момент из основных климатических проблем выявлены более поздний ледостав и раннее открытие реки; сокращение периода, когда стоит зимник; а также местные жители отмечают увеличение количества гроз с молниями.

— Мы очень благодарны всем жителям Сояны за радушный приём и активное участие в нашем исследовании, – делится Антонина Кулясова, участница экспедиции, сотрудник проекта “Климат. Молодёжь. Образование”, – Нас встретили не просто как дорогих гостей, а я бы сказала, как родных людей. Особенно мы благодарны школьному учителю Татьяне Александровне и главе местной администрации Татьяне Евгеньевне.

Другая часть экспедиции состояла в исследовании большой территории малонарушенного леса в Соянском заказнике. Участники экспедиции изучали влияние природопользования на территорию заказника, структуру и условия возобновления древостоя, в первую очередь лиственницы. Изучение возрастов крупных деревьев дает возможность реконструкции погодных и природных условий. Подтвердились и слова жителей Сояны про частые грозы и молнии: было обнаружено, что лесная территория подвергается периодическим пожарам (в том числе и и из-за молний). Все данные, собранные во время лесной части экспедиции, можно соединить с собранными в деревне данными по изменению погодных условий.

— Соянский заказник – это уникальная территория, одна из жемчужин севера, – рассказывает Антонина, – Мы нашли на территории заказника ряд лиственниц, которым больше 500 лет!.. Из необычных находок мы обнаружили процесс кальцинирования мха (то есть по факту процесс превращения мха в камень). Для студентов, участвовавших в экспедиции, это отличный опыт.

В планах продолжать сотрудничество с активными жителями Сояны, в первую очередь с экологическим кружком Соянской школы. Уже намечено два проекта: фенологические наблюдения и исследование на тему совпадения местных примет на погоду с реальными погодными условиями.

Читать дальше
Работа по проекту продолжается. В период с 18 по 22 марта участники проекта проводили исследование в деревнях Усть-Поча и Вершинино Плесецкого района Архангельской области. Это часть Кенозерского национального парка, то есть особо охраняемой природной территории федерального значения, которая привлекательна не только природой красивейших озер Кенозера и Лекшмозера. Это единственная территория на Русском Севере, где сохранились […]

Работа по проекту продолжается. В период с 18 по 22 марта участники проекта проводили исследование в деревнях Усть-Поча и Вершинино Плесецкого района Архангельской области. Это часть Кенозерского национального парка, то есть особо охраняемой природной территории федерального значения, которая привлекательна не только природой красивейших озер Кенозера и Лекшмозера. Это единственная территория на Русском Севере, где сохранились и реставрированы более 30 деревянных часовен – памятников деревянной архитектуры – с уникальными расписными небесами внутри. Обе деревни играют большую роль в развитии туризма в Национальном Парке.

Также как и для предыдущей экспедиции, населенный пункт для исследования тщательно выбирался. Кроме критериев, связанных с зависимостью людей от природной среды, природопользования и погодных явлений, формирующих климат, важным критерием было наличие факторов, способствующих позитивному социально-экономическому развитию территории.

В нашем случае социально-экономические перспективы обусловлены наличием Кенозерского Национального Парка, который не только сохраняет природное богатство, историческое и культурное наследие Русского Севера, но и прилагает много усилий для повышения активности населения, вкладывает ресурсы в развитие территории, поддерживает и создает рабочие места.

Деревню Вершинино можно назвать культурным центром, где создано несколько современных музеев, знакомящих с традиционными видами промыслов: рыболовецким промыслом, плотницким делом, гончарным и кузнечным ремеслом, сельским хозяйством. Музеи привлекают богатыми коллекциями экспонатов.

Небольшая деревня Усть-Поча в настоящее время значима как действующий центр традиционного ремесла. В 20 веке жизнь местного населения была связана с лесозаготовкой и лесосплавом. На экскурсии по деревне показывают до сих пор сохранившиеся вкопанные деревянные столбы, задававшие нужную траекторию сплавляемому лесу. Старожилы помнят, как в 50-е годы в устье речки Почи с помощью конной тяги формировались «кошели» (кошель – это сформированный огромный плот древесины объемом от 1000 до 5000 м3), позже лошадей заменила техника. Огромные кошели тянули на буксирах по Кенозеру. Сельское хозяйство тоже активно развивалось. По словам жителей, в 1984 году в совхозе насчитывалось свыше 1000 дойных коров, и еще около 100 – в личных хозяйствах.

Лесосплав и лесозаготовки, оцениваемые как время расцвета, наложили отпечаток и на восприятие жителей природоохранной деятельности Парка, и на их оценку успешности нынешнего развития деревни. Сегодняшний день в Усть-Поче воспринимается как угасание по сравнению с 70-80 годами — пиком лесозаготовок и лесосплавной деятельности. Многим местным жителям трудно связать их активную хозяйственную деятельностью в 20 веке и нынешние экономические и экологические проблемы, сложно увидеть связь между уничтожением лесов, изменением погоды, гидрорежима рек и озер и другими природными факторами.

Наша исследовательская группа в основном фокусировалась на вопросах, связанных с влиянием изменений климата. Мы зафиксировали противоречивость наблюдений местных жителей по поводу уровня воды в Кенозере и смежных озерах, а также в речках. Одни доказывают, что обмеление наблюдается, другие считают, что уровень воды существенно не менялся на протяжении многих десятилетий. По некоторым наблюдениям, водоёмы стали мельчать, а ручьи и мелкие реки зарастать с момента прекращения лесосплава и уменьшения количества скота – в 90-е годы 20 века.

Об изменении климата большая часть опрошенных высказывается единодушно: в последние десятилетия зимы стали теплее; летний период сократился за счёт увеличенного межсезонья. По мнению многих респондентов, это отражается на важных для деревни аспектах, таких как ледостав, урожай в огороде и в лесу.

Как и жители деревни Сура на реке Пинеге (место нашего предыдущего исследования), жители наблюдают смещение ледостава на 1-1,5 месяца, ближе к Новому году (вместо привычной середины ноября). Качество самого льда ухудшилось: вместо “ярого” льда (прозрачного и крепкого вследствие устойчивых заморозков) наблюдается лёд мутный, пористый, менее крепкий. Он более опасен для передвижения. Такое случается по причине намерзания слоев снега, когда зима приходит мягко, и температура не позволяет водоёму быстро и качественно промёрзнуть.

Это, как и в Суре, создаёт критические проблемы с переправой. Например, нам рассказали случай, когда 5-го декабря 2018 года родственники не могли похоронить женщину, поскольку местное кладбище находится на острове, ледовая переправа еще не установилась, а лодочная уже была невозможна.

Жители отмечают, что толщина снежного покрова уменьшилась. В 80-е годы снег ложился по уровню забора (слой около 80 см) уже в ноябре. С начала 90-х годов снежного покрова зачастую не хватает даже для ходьбы на лыжах вплоть до Нового года. Некоторые жители отмечали, что с 90-х годов стали дуть более сильные ветра. Случаются ураганы.

Местная фауна, по наблюдениям рыбаков и охотников, изменилась. Местные жители переживают из-за стремительного роста популяции бобров и сокращения количества пушного зверя. На ухудшение условия промысла больше сказался экономический фактор — уменьшение цены на шкурки и отсутствие централизованного места приема пушнины.

Благодаря возможностям, созданным Национальным Парком, многие местные жители вовлечены в разнообразную деятельность по приему туристов. Местные дары природы из источника собственного пропитания также стали для некоторых жителей источником дополнительного заработка (реализуются туристам). Таким образом, видна некоторая переориентация местного природопользования и сохранение его значения уже в новой отрасли.

Читать дальше
Итак, почти сразу по завершении установочной встречи участников программы мы начали исследовательскую деятельность. Группой коллег из девяти человек мы посетили посёлок Сура Пинежского района Архангельской области. Помимо постоянных участников проекта, в экспедиции приняли участие студенты СПбГУ и САФУ, художники и этнографы. Сура входит в куст деревень в месте соединения рек Суры и Пинеги. Традиционно местное […]

Итак, почти сразу по завершении установочной встречи участников программы мы начали исследовательскую деятельность. Группой коллег из девяти человек мы посетили посёлок Сура Пинежского района Архангельской области. Помимо постоянных участников проекта, в экспедиции приняли участие студенты СПбГУ и САФУ, художники и этнографы.

Сура входит в куст деревень в месте соединения рек Суры и Пинеги. Традиционно местное население жило сельским хозяйством, рыболовством, охотой. В поздние Советские годы активно велись лесозаготовки, работал совхоз.

Экспедиция была нацелена на сбор наблюдений за изменениями климата у коренного населения: опытных лесников, огородников, рыбаков и охотников – и выявление того, как эти изменения влияют на их жизнь.

Некоторые старожилы годами ведут дневники наблюдения за погодой – по ним удобно отследить, как, например, с годами меняется (или не меняется) ледостав, когда прилетают птицы и как плодоносят деревья. Жители любезно предоставляли для изучения свои тетради, благодаря чему у нас на руках огромный фотоархив данных по многим параметрам. Также в Суре работает гидрометеостанция, действующая с 1913-го года. Постоянно ведутся наблюдения за температурным режимом, количеством осадков, влажностью и т.п. Мы анализируем собранные данные.

По мнению местного населения, наблюдается неуклонное потепление, особенно заметно увеличение средних и пиковых температур в зимний период. Сдвинулось начало сезонов: зимние холода наступают гораздо позже привычного срока (на месяц-полтора). Сезонность выражена нечётко: природные маркеры смены сезонов, бывшие раньше надежными определителями, перестали выполнять данную функцию. Например, маркеры наступления и окончания зимы, такие как установление и сход льда, появление устойчивого снежного покрова и его таяние потеряли чёткие привычные временные привязки. Период ледостава удлинился, растянувшись более чем на месяц – крепкий лёд, пригодный для ледовой переправы, устанавливается не в ноябре, а в декабре. В последние годы это происходит к началу января. Такое положение дел существенно затрудняет передвижение через реку, поскольку понтонный мост с появлением первой шуги убирают, а ледостав задерживается – поселок оказывается отрезан от внешнего мира.

Долгое установление холодов, колебание температуры около нуля без устойчивого резкого похолодания приводит к тому, что лёд образуется не твердый и крепкий, а пористый и/или слоистый. Также нормой стали оттепели, что осложняет зимнее передвижение.

Летний период сокращается: заморозки в последние годы продолжаются до конца июня, и часто начинаются уже в августе. Таким образом, повышается рискованность огородничества, выживают устойчивые виды или приходится оберегать урожай строительством теплиц. Мнения о новизне такого режима заморозков или его попадании в норму расходятся.

По словам рыбаков, количество рыбы за последние двадцать лет значительно снизилось. Жители связывают это с сильным обмельчанием и запесочиванием реки. Исчезли минога, бычок, раки. Согласно наблюдениям, в 2017-м году массово погибал хариус. Однако, в последние годы изредка стали попадаться горбуша и стерлядь, нехарактерные для данной местности.

Охотники жалуются на сильное снижение численности дичи. По их мнению, популяции белок и куниц, а также птиц, зайцев и лосей уменьшаются. Профессия охотника стала исчезать еще в советский период из-за экономической нецелесообразности промысла, однако и по сей день многие коренные жители охотятся, связывая это с привычками и традициями местности. Увеличилось количество лисиц и волков. По словам местных жителей, хищникам не хватает кормовой базы, поэтому они заходят к людям. Участились случаи потери домашних животных, в основном собак.

Урожай ягод и грибов в последние 15 лет нестабилен. Раньше многие местные жители собирали на продажу – получался существенный дополнительный заработок. Некоторые безработные жили на доход от сдачи ягод и грибов, сейчас роль такого заработка снизилась. Отчасти от снижения прибыли, отчасти от уменьшения количества дикоросов. Существует разнообразие мнений о причинах неурожайности: естественный природный цикл, климатические изменения, повышение антропогенной нагрузки на местность.

Была озвучена проблема видового состава лугов: наблюдается существенное увеличение количества лютика. Как известно, лютик ядовит для домашнего скота – это усложняет процессы выпаса и выгула.

Сура – довольно крупное село (около 500 жителей), однако отток населения, особенно молодежи, в города, сильно сказывается на жизни и дальнейших перспективах. Летом село оживает с потоком тех, кто приезжает только на лето, и туристов. Многие посещают Суру, поскольку это родина святого Иоанна Кронштадтского. Местное население благосклонно относится к приезду туристов. Открылись гостевые дома. Вообще туризм положительно влияет на экономическую и культурную обстановку. По инициативе РПЦ восстанавливаются церкви, строится инфраструктура вокруг религиозных объектов (подходы к святым источникам, обетным крестам), проходит детский летний лагерь. Также места, имеющие культурно-религиозное значение, в последние годы привлекает переселенцев из Санкт-Петербурга, которые проявляют интерес к ведению собственного хозяйств.

Читать дальше